Видеоканал РЦИТ на YouTUBE


Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru


Статьи технической тематики из периодических изданий
«Регионального Центра Инновационных Технологий»
Доклад
О неотложных мерах по укреплению экономической безопасности России
и выводу российской экономики на траекторию опережающего развития
Глава 1- 2


ОГЛАВЛЕНИЕ

   Введение
   1. Объективная и субъективная составляющие антироссийской агрессии
   2. Дестабилизация валютно-финансовой системы — главное направление американской агрессии

   3. Поражение денежных властей когнитивным оружием — причина дестабилизации российской экономики
   4. Изменение денежно-кредитной политики — условие выживания России
   5. Комплекс мер по решению задач обеспечения безопасности национальной валютно-финансовой системы
   6. Создание суверенной системы кредитования роста производства и инвестиций
   7. Формирование системы стратегического управления развитием экономики
   8. Повышение конкурентоспособности российских компаний
   Приложение. Заключение миссии МВФ в России в сентябре 2014 г.

   В докладе на основе анализа происходящих в мире процессов смены доминирующих технологических и мирохозяйственных укладов раскрываются причины обострения международной политической напряженности, обусловленные стремлением властвующей элиты США сохранить глобальное лидерство в противовес растущему влиянию Китая и процессу евразийской экономической интеграции. Агрессия США на Украине, Ближнем и Среднем Востоке создает угрозы национальной безопасности России, на нейтрализацию которых направлены обоснованные в докладе меры.
   Доказывается необходимость проведения суверенной макроэкономической политики, перехода на внутренние источники кредитования роста и модернизации экономики в сочетании с институтами стратегического планирования и стимулирования научно-технического прогресса.
   Предлагается комплекс мер по переводу экономики на траекторию быстрого и устойчивого роста на основе опережающего развития нового технологического уклада и полномасштабного использования имеющегося научно-производственного потенциала.


 РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК
Научный совет по комплексным проблемам евразийской экономической интеграции,
модернизации, конкурентоспособности и устойчивому развитию

Доклад
О неотложных мерах по укреплению экономической безопасности России
и выводу российской экономики на траекторию опережающего развития

С.Ю. ГЛАЗЬЕВ


 Введение

   Непосредственной причиной стагфляции, проявляющейся в дестабилизации курса рубля и повышении инфляции, с одной стороны, и падении инвестиций и экономической активности — с другой стороны, является происходящий под давлением антироссийских санкций отток капитала, объем которого в прошлом году составил около 150 млрд долл., а в текущем году ожидается до 100 млрд долл. (8–12% ВВП).

   Столь негативное влияние оттока капитала, накопленный вывоз которого оценивается более чем в триллион долларов за прошедшее десятилетие, связан с беспрецедентной для крупных стран офшоризацией и открытостью российской экономики, следствием чего стала чрезвычайная уязвимость ее финансовой системы перед внешними факторами. Более половины денежной базы сформировано под внешние источники кредита. При этом подавляющая часть внешних займов получена из стран, находящихся под юрисдикцией государств — членов НАТО. Их вывод влечет за собой двукратное сжатие денежной массы в широком определении. Ужесточение санкций может привести к блокированию российского капитала в офшорных зонах, через которые ежегодно проходит свыше трети негосударственных инвестиций. Все это влечет за собой резкую демонетизацию и без того недомонетизированной экономики, что чревато не только дальнейшим падением инвестиций и производства, но и расстройством всей системы денежного обращения.

   Центральный банк (ЦБ) не предпринимает мер ни по прекращению оттока капитала, ни по замещению иссякающих внешних источников кредита внутренними. В результате происходит сжатие денежной базы, что влечет за собой сокращение кредита, падение инвестиций и производства, провоцирует дефолты множества заемщиков, которые могут приобрести лавинообразный характер. При этом снижения инфляции не происходит как вследствие продолжающегося действия ее немонетарных факторов, так и вследствие повышения издержек из-за удорожания кредита, сокращения производства и падения курса рубля. Последнее из-за недоступности кредита не дает позитивного эффекта для расширения экспорта и импортозамещения и лишь разгоняет инфляцию. Экономика искусственно затягивается в воронку сокращающегося спроса и предложения, падающих доходов и инвестиций. Попытки удержать доходы бюджета за счет увеличения налогового пресса усугубляют бегство капитала и падение деловой активности. К концу 2015 г. сокращение реальных доходов населения отбросит российское общество по уровню бедности в 2003 г., нивелировав социальный эффект экономического роста последнего десятилетия.

   Втягивание экономики в стагфляционную ловушку происходит исключительно вследствие проводимой макроэкономической политики. Падение производства и инвестиций происходит при наличии свободных производственных мощностей, загрузка которых в среднем по промышленности составляет 60%, неполной занятости, превышении сбережений над инвестициями, избытке сырьевых ресурсов. Экономика работает не более чем на 2/3 своей потенциальной мощности, продолжая оставаться донором мировой финансовой системы.

   Чтобы выйти из стагфляционной ловушки, нужно остановить скольжение по спирали «бегство капитала — сокращение денежного предложения — падение спроса и удорожание кредита — повышение издержек — рост инфляции, падение производства и инвестиций».

   В настоящем докладе обосновываются необходимые для этого меры государственной макроэкономической политики с учетом сложившейся на внутреннем рынке ситуации и внешних угроз. Им предшествует анализ причин обострения этих угроз и факторов поражения российской экономики.


Объективная и субъективная составляющие
антироссийской агрессии

   Агрессия США против России и захват ими контроля над Украиной являются составной частью мировой гибридной войны, ведущейся Вашингтоном с целью удержания мирового лидерства в нарастающей конкуренции с Китаем. Россия избрана в качестве направления главного удара в силу сочетания объективных и субъективных обстоятельств.

   Объективно эскалация международной военно-политической напряженности обусловлена сменой технологических (рис. 1) и мирохозяйственных укладов (рис. 2), в ходе которых происходит глубокая структурная перестройка экономики на основе принципиально новых технологий и новых механизмов воспроизводства капитала.


 Рисунок 1. Периодическая смена технологических укладов в мировом технико-экономическом развитии


 Рисунок 2. Периодическая смена мирохозяйственных укладов

   В такие периоды, как показывает исторический опыт, происходит резкая дестабилизация системы международных отношений. Разрушение старого и формирование нового миропорядка сопровождается сменой лидеров мирового экономического развития, которая до сих пор опосредовалась мировыми войнами. В основе каждой из длинных волн экономической активности лежит жизненный цикл соответствующего технологического уклада — воспроизводящейся зис военно-политический является, в свою очередь, проявлением смены системных циклов накопления, в основе каждого из которых лежит свой институциональный мирохозяйственный уклад — система взаимосвязанных институтов, обеспечивающих расширенное воспроизводство капитала и определяющих механизм глобальных экономических отношений. Наложение этих двух циклических процессов в фазе кризиса создает опасный резонанс, угрожающий разрушением всей системы мировых экономических и политических отношений.

   Примерами подобных периодов в прошлом могут служить:
   - война Нидерландов за независимость от Испании, в результате которой центр развития капитализма переместился из Италии (Генуи) в Голландию;
   - Наполеоновские войны, в результате которых доминирование перешло к России и Великобритании;
   - Первая и Вторая мировые войны, повлекшие раздел мира между СССР и США;
   - холодная война между ними после распада мировой социалистической системы, в результате которой произошла глобальная либерализация и США обрели доминирующее положение за счет превосходства в развитии информационно-коммуникационного технологического уклада и установления монополии на эмиссию мировых денег.

   В настоящий период на волне роста нового технологического уклада вперед вырывается Китай, который вместе с Индией и другими странами Юго-Восточной Азии формирует центр нового мирохозяйственного уклада. Сталкиваясь с перенакоплением капитала в финансовых пирамидах и устаревших производствах, а также с утратой рынков сбыта своей продукции и падением доли доллара в международных транзакциях, США стремятся удержать лидерство путем развязывания мировой войны с целью ослабления как конкурентов, так и партнеров. Им нужен контроль над Россией, Средней Азией и Ближним Востоком, чтобы обеспечить себе стратегическое преимущество в управлении поставками критически значимых сырьевых ресурсов и ограничить возможности Китая. Усиление давления на ЕС, Японию и Южную Корею ведется с целью втягивания их в выгодные США и закрытые для Китая преференциальные торговые режимы, а также для контроля над рынком высокотехнологичной продукции с целью сохранения американского доминирования в создании новых знаний и разработке передовых технологий.

   Результаты экономико-математического моделирования циклов разной периодичности свидетельствуют о наложении их нисходящих фаз и кризисных точек в период 2014–2020 гг. Одновременная смена технологических и мирохозяйственных укладов в сочетании с поворотными точками инвестиционного цикла Кузнеца и делового цикла (рис. 3) создает опасный эффект резонанса, чреватый коллапсом мировой финансово-экономической системы.


 Рисунок 3. Глобальный кризис как сочетание циклических процессов

   Последняя вошла в турбулентный режим с ярко выраженным 7-летним циклом повторения финансовых кризисов (рис.4).


 Рисунок 4. Цикличность провалов (динамика индексов S&P500, %)

   Выход из этой турбулентности на траекторию устойчивого роста будет сопровождаться шоками для стран, не создавших своевременно технологические, экономические и политические предпосылки нового подъема.

   Американское руководство сделало ставку на стратегию сбрасывания накопленных проблем на другие страны путем развязывания мировой гибридной войны. Ее главной целью в соответствии со старой западноевропейской геополитической традицией вновь определено уничтожение России. И, как всегда, англосаксы делают это чужими руками, взращивая русофобский неонацистский режим на Украине и разгоняя волну исламского экстремизма на Ближнем и Среднем Востоке. Тем самым они стремятся втянуть Россию в мировую войну на два фронта: против НАТО на Западе и Исламского государства на Юге. Одновременно они пытаются создать напряженность на Дальнем Востоке путем провоцирования корейского и японо-китайского конфликтов.

   Субъективно антироссийская агрессия объясняется раздражением американского руководства самостоятельным внешнеполитическим курсом президента России на широкую евразийскую интеграцию — от создания ЕАЭС и ШОС до инициатив по формированию Единого экономического пространства от Лиссабона до Владивостока. США опасаются формирования независимых от них глобальных контуров расширенного воспроизводства, прежде всего странами БРИКС.

   Исторический опыт России в организации глобальных интеграционных проектов предопределяет антироссийский вектор американской агрессивности, геополитика которой традиционно носит русофобский характер. При этом происходит демонизация президента России, которого Вашингтон считает главным виновником утраты контроля над Россией и Средней Азией, а проводимую им самостоятельную внешнюю политику рассматривает в качестве ключевой угрозы своему глобальному доминированию.

   Развязываемая Вашингтоном мировая война отличается от предыдущей отсутствием фронтовых столкновений армий. Она ведется на основе использования современных информационно-когнитивных и валютно-финансовых технологий с опорой на «мягкую силу» и предусматривает ограниченное применение военной силы в форме карательных операций по наказанию лишенного возможности к сопротивлению противника. Расчет делается на дестабилизацию внутреннего состояния страны-жертвы посредством поражения ее общественного сознания подрывными идеями, ухудшения социально-экономического положения, выращивания разнообразных оппозиционных сил, подкупа продуктивной элиты с целью ослабления институтов государственной власти и свержения легитимного руководства с последующей передачей власти марионеточному правительству.

   Такие войны называют гибридными: руководство страны-жертвы до последнего момента не чувствует угрозы со стороны противника, ее политическая воля сковывается бесконечными переговорами и консультациями, иммунитет подавляется демагогической пропагандой, в то время как противник ведет активную работу по разрушению структур ее внутренней и внешней безопасности. В решающий момент происходит их подрыв с силовым подавлением возникающих очагов сопротивления. Именно таким образом США добились успеха в холодной войне против СССР с последующим государственным переворотом в Российской Федерации в 1993 г., а в настоящее время создают воронки расширяющегося хаоса в стратегически важных регионах Ближнего и Среднего Востока и пытаются восстановить контроль над постсоветским пространством путем принудительного насаждения марионеточных режимов в бывших советских республиках.

   Так, организовав государственный переворот и установив полный контроль над структурами украинской государственной власти, Вашингтон делает ставку на превращение этой части русского мира в плацдарм для военной, информационной, гуманитарной и политической интервенции в Россию с целью переноса гибридной войны на ее территорию, организации революции и последующего расчленения. Расчет делается на то, что у российского общественного сознания отсутствует иммунитет на проникновение агентов влияния с Украины, которая составляет неотъемлемую часть русской духовно-культурной корневой системы. А также на то, что российские Вооруженные силы не посмеют применить оружие массового поражения на территории русского мира.

   Развязывая украинско-российскую войну, США втягивают в нее против России страны НАТО, добиваясь одновременно антироссийскими экономическими санкциями ослабления ЕС и закрепляя свой контроль над Брюсселем. Организация военного конфликта между Россией и европейскими странами НАТО на территории Украины является наиболее желательным для США сценарием, для которых войны в Европе всегда были «хорошими». Развязывание такой войны под лозунгами защиты от «российской агрессии» является главной целью установленного американцами в Киеве марионеточного русофобского режима. Пока он существует, провоцирование войны против России будет продолжаться, в том числе путем геноцида русского населения юго-востока Украины.

   Даже если удастся остановить американскую агрессию на Украине и купировать украинский кризис, не вызывает сомнений неизбежность длительного и существенного ухудшения торгово-экономических отношений между Россией и государствами — членами НАТО, а также другими зависимыми от США странами. С учетом высокой внешней зависимости российской экономики и отсутствия решающего влияния на международные средства взаимодействия (финансовые, информационные, дипломатические) это создает серьезные угрозы национальной безопасности. Наиболее острые из них касаются рисков замораживания валютных активов, отключения российских банков от международных платежных и информационных систем, запретов на поставки в Россию высокотехнологичной продукции, ухудшения условий российского экспорта.


Дестабилизация валютно-финансовой системы —
главное направление американской агрессии

   В ведущейся США против России гибридной войне ключевое место занимает финансово-экономический фронт, на котором противники — США и их союзники — имеют подавляющее преимущество (рис. 5). Они используют свое доминирование в мировой валютно-финансовой системе для манипулирования финансовым рынком России и дестабилизации ее макроэкономического положения, подрыва механизмов воспроизводства и развития экономики. Делается это путем сочетания финансового эмбарго и спекулятивных атак против российской валютно-финансовой системы.


 Рисунок 5. Капитализация стран в американо-центричной финансово-валютной системе

   С одной стороны, американские власти блокируют средне- и долгосрочные кредиты и инвестиции западного капитала для российской экономики. С другой стороны, они не ограничивают краткосрочные операции, создавая возможности для финансирования спекуляций любого объема на российском рынке. В результате одновременного оттока долгосрочного капитала и притока краткосрочной спекулятивной ликвидности валютно-финансовая система теряет устойчивость и опрокидывается в турбулентный режим.

   Вследствие сверхприбыльности спекулятивных операций по манипулированию валютно-финансовым рынком, в которые втягиваются крупные отечественные кредитно-финансовые организации и денежные власти, возникает спекулятивная воронка, всасывающая имеющуюся в экономике ликвидность. Практически все эмитируемые Банком России деньги на рефинансирование коммерческих банков вкладываются последними в валютные активы (рис. 6).


 Рисунок 6. Динамика чистых иностранных активов и чистой задолженности
перед ЦБ РФ кредитных организаций, трлн руб.

   Это не дает возможности заместить внешние источники кредита внутренними, которые втягиваются в спекулятивную воронку и вымывают валютные резервы. Стремясь их сохранить, ЦБ уходит с валютного рынка, оставляя его целиком в руках спекулянтов. Последние манипулируют рынком, разгоняя колебания курса рубля до трехзначных процентов прибыли по цепочкам заранее спланированных операций.

   Сверхвысокая волатильность курса рубля дезорганизует замкнутые на внешний рынок воспроизводственные контуры российской экономики, влечет за собой всплески инфляции и падение производства. Утрата ценностных ориентиров и лихорадочное состояние финансового рынка делают невозможным расширенное воспроизводство реального сектора экономики. Предприятия свертывают производственные инвестиции и направляют высвобождающиеся средства на финансовый рынок. Одновременно с сокращением производства и инвестиций раздувается финансовый пузырь на Московской бирже (МБ), объем операций на которой во второй половине прошлого года удвоился. Произошло это за счет ее валютного сегмента (рис. 7), в то время как рынок акций остается в депрессивном состоянии и практически не используется в качестве источника финансирования инвестиций в реальный сектор.


 Рисунок 7. Валютный и срочный рынок обеспечивают львиную долю оборота Московской биржи

   Попытки Банка России остановить спекуляции против рубля повышением ключевой ставки и сжатием денежной массы в ситуации турбулентности финансового рынка окончательно замыкают денежные потоки в спекулятивной воронке. Повышение процентных ставок по кредитам до уровня, многократно превышающего рентабельность производственной сферы, отрезает последнюю от банковских кредитов (рис. 8).


 Рисунок 8. Рентабельность проданных товаров, продукции и услуг (2014 г.)
и средневзвешенные ставки по кредитам до одного года для нефинансовых организаций

   Лишь пятая часть отраслей промышленности имеет рентабельность продаж выше текущего уровня средней ставки процента, подавляющая часть производственной сферы не может пользоваться кредитом для финансирования не только инвестиций, но и оборотного капитала. Сжатие кредита влечет за собой сокращение инвестиций предприятий и расходов населения (рис. 9), что сокращает конечный спрос и еще больше усиливает спад производства. Не имея возможности привлечения кредитов, предприятия не могут воспользоваться девальвацией рубля для импортозамещающего расширения производства, предпочитая повышать цены вслед за удорожанием импортных товаров. Таким образом разгоняется инфляционная волна, что влечет за собой увеличение издержек, рост доли убыточных предприятий и проблемных кредитов.


 Рисунок 9. Падение конечного спроса вслед за сжатием кредита

   По итогам первого полугодия 2015 г. объем просроченных кредитов вырос вдвое и достиг 2,2 трлн руб. Это повлекло за собой резкое ухудшение состояния банковского сектора, совокупный дефицит капитала которого оценивается в 1,5 трлн руб. Нарастающая лавина банкротств коммерческих банков затягивает сбережения множества юридических и физических лиц. Если последним предоставляются компенсации, объем которых приближается к триллиону рублей, то для десятков тысяч предпринимателей эти банкротства имеют фатальные последствия. Индекс предпринимательских настроений упал до самого низкого значения за последние пять лет. Нестабильность и неопределенность стали главными факторами беспокойства делового сообщества.

   В результате указанных действий денежных властей произошла двукратная декапитализация национальной экономики, многие предприятия и банки оказались в предбанкротном состоянии, резко снизилась деловая активность и объем инвестиций (до 5% по ВВП и до 8% по инвестициям в основной капитал), существенно упали реальные доходы населения и вырос уровень бедности. Тем самым достигнута ключевая цель американских санкций — расстройство воспроизводства российской экономики, падение доходов и уровня жизни населения.

   Попытки Банка России стабилизировать валютно-финансовый рынок путем повышения ключевой ставки процента не могли иметь успеха в условиях полностью открытого счета трансграничного движения капитала. Продолжающаяся безбрежная денежная эмиссия доллара, евро, франка и иены (их объем вырос после начала мирового финансового кризиса 2007 г. в 2,7 раза; рис. 10, табл. 1) создает гигантский денежный навес, обрушение даже небольшой части которого на российский рынок влечет за собой его дестабилизацию.


 Рисунок 10. Прирост денежной базы валют стран в 2007–2014 гг.
(рассчитано по национальным валютам), %

 Таблица 1. Увеличение денежной базы и денежной массы мировых валют, млрд.долл.
(
Денежная база, млрд долл.)

Год США ЕС Япония Швейцария
2007 832 1228 862 41
2008 1665 1609 1113 72
2009 2015 1507 1138 86
2010 2003 1437 1349 79
2011 2592 1730 1627 247
2012 2669 2152 1596 383
2013 3731 1642 1917 426
2014 4062 1443 2305 387

Таблица 1. Увеличение денежной базы и денежной массы мировых валют, млрд.долл.
(
Денежная масса, млрд долл.)

Год США ЕС Япония Швейцария
2007 7442 10850 6534 397
2008 8251 11330 8150 412
2009 8530 11854 8217 569
2010 8853 11342 9642 695
2011 9713 11236 10498 745
2012 10491 11937 9543 840
2013 11067 12714 8193 949
2014 11719 11713 7468 897

   Среднегодовая эмиссия указанных валют составляет около 750 млрд долл., что втрое превышает объем рублевой денежной базы России и сопоставимо со всей денежной массой российской экономики.

   Большая часть этих денег не направляется банками на кредитование производственной сферы и зависает на финансовом рынке, подпитывая глобальные спекуляции. Получая от ФРС почти бесплатные кредитные ресурсы, американские финансовые структуры наращивают спекулятивные активы в деривативах, раздувая финансовый пузырь, объем которого уже превысил предкризисный (2007 г.) уровень (рис. 11).


 Рисунок 11. Крупнейшие (top-5 и top-25) американские финансовые холдинги — держатели деривативов:
объем деривативов, активов (трлн долл.) и их соотношение (раз)

   Раздувание спекулятивно-финансового пузыря продолжается и в Европе — в течение ближайшего года ЕЦБ планирует эмитировать 60 млрд евро ежемесячно. Масштабная эмиссия мировых валют привела к избытку средств на глобальном рынке, увеличивая спрос на активы для вложений. Лавинообразное нарастание глобальных финансовых спекуляций неизбежно затрагивает и развивающиеся рынки, включая российский.

   Хотя российский финансовый рынок для западного капитала носит маргинальный характер (его капитализация составляет 0,6% от мирового, а величина активов российской банковской системы в 18 раз меньше активов первой десятки банков мира (рис. 12), глобальные спекулянты не гнушаются возможностью получения сверхприбыли на его дестабилизации.


 Рисунок 12. Относительный размер активов банков и финансового рынка России

   Норма прибыли на спекулятивных атаках в 1997–1998, 2007–2008 и в 2014 гг. составляла сотни процентов. После прекращения спекулятивной атаки эту прибыль спекулянты вывозят за рубеж, нанося экономике России ущерб до 5% ВВП. Так, декабрьская атака на рубль принесла ее устроителям спекулятивную прибыль в размере 15–20 млрд долл. Хотя в последнем случае не обошлось без кредитной поддержки Банка России, роль нерезидентов на российском финансовом рынке остается ключевой. Их доля в общем объеме валютно-финансовых операций на МБ достигает 75–80% (рис. 13).


 Рисунок 13. Доля нерезидентов на российском фондовом рынке

   Доминирование нерезидентов на валютно-финансовом рынке дополняется контролем над самой биржей. После прошедшей два года назад реорганизации и приватизации в пользу крупнейших зарубежных и российских банков МБ выпала из-под контроля Банка России и оказалась в зависимом от спекулянтов положении. Вместо того чтобы выполнять функции центрального звена механизма стабилизации валютно-финансового рынка, МБ превращена своими акционерами в генератор сверхприбыли за счет дестабилизации рынка под предлогом «увеличения капитализации». В августе 2015 г. оборот валютного рынка МБ составил рекордные 31,7 млрд руб. — почти вдвое (87%) выше, чем в августе 2014 г.1. Фактически МБ стала крупнейшим в российской экономике центром деловой активности, совершив в прошлом году операций более чем на 4 трлн долл., что вдвое больше российского ВВП и на порядок превышает все имеющиеся в стране депозиты и наличную валюту. Нетрудно посчитать, что 95% оборота МБ составляют сугубо спекулятивные операции, не имеющие отношения к реальной экономике и торговле товарами.

   Благодаря центральному положению МБ в формировании курса рубля, а последнего — в формировании цен на российском рынке вся российская экономика оказывается в критической зависимости от нерезидентов. Их согласованные действия дестабилизировали макроэкономическую ситуацию, спровоцировали бегство капитала, вызвали падение экономической активности и инвестиций. Имеющаяся биржевая информация позволяет характеризовать проведенную атаку на российскую валютно-финансовую систему как заранее спланированную акцию с целью дестабилизации макроэкономической ситуации. В качестве объекта атаки были избраны основные макроэкономические параметры, влияющие на деловую активность и инвестиционный климат: валютный курс, определяющий уровень потребительских цен, и процентная ставка, определяющая доступность кредита и влияющая на финансовое положение предприятий.

   Атака западных спекулянтов на российский валютно-финансовый рынок была организована сразу же после введения американо-европейских санкций и закрытия внешних кредитных источников для российских заемщиков, задолжавших нерезидентам более 700 млрд долл. Началась она с манипуляций по занижению курса акций российских эмитентов на перепродажах депозитарных расписок на Лондонской бирже с целью создания условий для досрочного прекращения кредитных договоров с российскими заемщиками. Параллельно западные кредиторы начали вывод денег из России, создав мощное давление на снижение курса национальной валюты и сжатие денежной массы. Это повлекло за собой сокращение возможностей рефинансирования внешних долгов компаний из рублевых источников российских банков. Последовательное повышение ключевой ставки Банком России еще более усугубило ситуацию, поставив многие предприятия и банки в преддефолтное положение. Подлили масла в огонь американские рейтинговые агентства, сознательно ухудшившие оценки платежеспособности российских компаний. В этой ситуации решение ЦБ о переходе к свободному плаванию курса рубля было воспринято спекулянтами как сигнал к атаке. Они лихорадочно начали скупать валюту в расчете на обрушение курса рубля, пользуясь отсутствием ЦБ на рынке и бездействием регулятора.

   Вопреки общепринятым в мире методам стабилизации рынка МБ в течение всей спекулятивной атаки не предпринимала никаких стабилизирующих действий. Их имитация путем повышения гарантийного обеспечения по срочным контрактам с 5,5 до 12% была предпринята в 19 часов 16 декабря 2014 г., после окончания основных торгов, когда игра уже была сделана. Внедренные на МБ процедуры кредитования спекулятивных операций позволяли увеличивать финансовые возможности брокеров на порядок. В этом же направлении действовали механизмы РЕПО Банка России, посредством которых большая часть выдаваемых им кредитов использовалась для финансирования валютных спекуляций. При этом, как в 2007–2008 гг., Банк России спровоцировал эту атаку посредством постепенного понижения курса рубля по известному спекулянтам алгоритму.

   Необходимым условием успеха американских санкций была нейтрализация ЦБ как самостоятельного игрока, способного влиять на параметры валютно-финансового рынка. Для этого посредством навязывания Банку России рекомендаций МВФ по переходу к «таргетированию» инфляции из арсенала денежной политики были исключены общепринятые в мировой практике инструменты валютного регулирования и контроля за трансграничным движением капитала, применяемые для стабилизации курса валюты. Денежно-валютная политика была ограничена произвольным манипулированием одним инструментом — ключевой ставкой. Заблаговременно была проведена подмена целей денежно-кредитной политики, из которых была исключена конституционная обязанность ЦБ по обеспечению устойчивости национальной валюты, замененная индексом потребительских цен.

 Важным элементом механизма нейтрализации ЦБ является аналитическое и методическое обеспечение подготовки проектов его решений по внедренным МВФ виртуальным схемам и экономико-математическим моделям. Они неадекватны реальности, дают ложные оценки и ориентированы на псевдонаучное обоснование навязываемых МВФ рекомендаций путем подгонки статистических данных под спускаемые из Вашингтона параметры.

   Примером может служить оценка Банком России разрыва выпуска, отражающая возможность наращивания ВВП, исходя из степени использования факторов производства. По этому показателю в кейнсианской методологии принято оценивать возможности неинфляционного наращивания денежного предложения — до оптимальной загрузки факторов производства, сверх которой возможно усиление монетарной инфляции. При всей условности этого показателя он всерьез используется Банком России при принятии решений о смягчении или ужесточении кредитно-денежной политики. Если его измерять по состоянию загрузки производственных мощностей, то он составляет в настоящее время в промышленности 40% (рис. 14).


 Рисунок 14. Уровень загрузки производственных мощностей, %

   Аналитики ЦБ предпочитают его измерять по отношению к оптимальному, по их мнению, уровню безработицы, который они оценивают в 5%. При этом они руководствуются официальной статистикой зарегистрированного безработного населения без учета скрытой безработицы, которая достигает 20%, и без возможностей трудовой миграции из государств СНГ, которая превышает спрос на рабочую силу на российском рынке труда. К числу не задействованных в полной мере факторов производства следует добавить природные ресурсы, степень переработки которых не превышает половины, и научно-технический потенциал, используемый от силы на 20%.

   Таким образом, разрыв выпуска составляет для современного состояния российской экономики не менее 30% возможного прироста ВВП при существующих факторах производства, в то время как аналитики ЦБ на основе заведомо недостоверных предпосылок оценивают его по рекомендованным МВФ моделям в 1,5%. Тем самым они многократно занижают порог неинфляционного наращивания денежной базы и ставят ошибочный диагноз о «перегретости» российской экономики.

   На этом основании был сделан противоположный реальному положению вещей вывод о необходимости ужесточения денежной политики вместо крайне нужного для производственной сферы ее смягчения.

   Следуя рекомендациям МВФ2, Россия стала единственной крупной страной, которая в кризисной ситуации пошла на повышение процентных ставок, в то время как все ведущие экономики мира опустили их до исторических минимумов (рис. 15).


 Рисунок 15. Основные ставки центральных банков, июль 2015 г., %

   Любопытно отметить, что рекомендации МВФ для США и ЕС были противоположны тем, которые давались Банку России. Так, в 2015 г. МВФ, в частности, рекомендовал США: «Преждевременное повышение ставок может вызвать ужесточение финансовых условий или расшатывание финансовой стабильности, что будет препятствовать росту экономики…»3 В результате ставки по кредитам нефинансовым организациям стали в России самыми высокими из крупных стран мира (рис. 15), что резко ухудшило и без того слабые возможности российских предприятий по привлечению заемных средств (рис. 16). Всю свою прибыль они стали вкладывать в инвестиции (рис. 17 и 18), пытаясь за счет акционеров поддержать хотя бы простое воспроизводство.


 Рисунок 16. Ставки процента по кредитам нефинансовым организациям, %


 Рисунок 17. Структура финансирования инвестиций в основной капитал


 Рисунок 18. Соотношение финансового результата прибыльных организаций и инвестиций в основной капитал, раз

   Переход к свободно плавающему курсу рубля также был осуществлен по рекомендациям МВФ вопреки здравому смыслу и международному опыту. Ни одна из ведущих стран мира не решилась на введение свободного плавания курса своей валюты (рис. 19). Исключение среди развитых стран составляет только Норвегия, в которой основной поток валютных операций осуществляется под государственным контролем.


 Рисунок 19. Распределение стран с развивающимися рынками по режимам валютного курса, %

   Следствием отпускания рубля в свободное плавание стало рекордное в сравнении с другими странами, в том числе зависимыми от нефтяных цен, падение его обменного курса и обрушение финансового рынка (табл. 2).

 Таблица 2. Динамика курса валют в нефтедобывающих странах мира в 2014 г.

   Для этого не было фундаментальных причин. Несмотря на снижение нефтяных цен, по оценкам ОЭСР, курс рубля еще до обвала был недооценен по отношению к паритету покупательной способности втрое. Этот паритет, по оценкам ОЭСР, в декабре 2014 г. составлял 19 руб. за 1 долл. В этой ситуации ЦБ имел все возможности поддерживать стабильный курс рубля стандартным образом: пресекая манипуляции рынком, проводя неожиданные для спекулянтов интервенции, регулируя спрос и предложение на валютном рынке посредством имеющихся у него инструментов. Отказ от их применения в расчете на управление ключевой ставкой в условиях уже начавшейся спекулятивной атаки был стратегической ошибкой. Повышение процентных ставок при этом не способствовало стабилизации курса и вызвало лишь стягивание денежной массы на валютный рынок, который перешел в турбулентное состояние (рис. 20). Не способствовало оно, как и предупреждали ученые, и снижению инфляции (рис. 21).


 Рисунок 20. Динамика ключевой ставки Банка России и курса рубля по отношению к доллару в 2014 г.


 Рисунок 21. Процентные ставки и инфляция

   В отличие от России развитые и успешно развивающиеся страны наращивают кредитование своих экономик в целях форсированного перехода к новому технологическому укладу, который рождается на наших глазах (рис. 22).


 Рисунок 22. Жизненный цикл технологического уклада

   Темпы роста составляющих его ядро производств достигают 35-процентного ежегодного расширения масштаба применения ключевых (нано-, биоинженерных и информационно-коммуникационных) технологий (рис. 23).


 Рисунок 23. Структура нового, VI технологического уклада

   В такие периоды государство форсирует как государственный спрос на новую продукцию, так и государственную поддержку инновационной активности, резко наращивая субсидирование НИОКР, льготное кредитование и налоговое стимулирование инвестиций в прорывные технологии. При этом, как показывает опыт внедрения передовых технологий, не происходит повышения инфляции. Напротив, она снижается вследствие многократного повышения эффективности, качества и роста разнообразия производства, что дает резкое снижение издержек, увеличение предложения товаров и услуг и, соответственно, падение цен. Ограничивая кредит, российские денежные власти заблокировали эти возможности, отрезая тем самым дорогу к модернизации и развитию российской экономики на основе нового технологического уклада и замыкая ее в ловушке технологического отставания (рис. 24).


 Рисунок 24. Научно-технический потенциал стран мира

   Следует отметить, что рекомендации МВФ для России диаметрально противоположны практике передовых и успешно развивающихся стран. Они противоречат как рекомендациям академической науки, так и накопленному за полстолетия широчайшему практическому опыту4, в том числе за последние пять лет, в течение которых все ведущие страны мира действовали вопреки стандартным рекомендациям МВФ. Навязывание России заведомо вредных и неработающих рекомендаций стало одной из ключевых составляющих политики дестабилизации российской экономики.

   Нейтрализация Банка России посредством навязывания его руководству рекомендаций МВФ и «авторитетных» экспертов, исповедующих доктрину Вашингтонского консенсуса, была необходимым условием эффективности американских санкций. Они были введены после того, как ЦБ встал на путь «таргетирования» инфляции посредством повышения ключевой ставки и самоустранился от обеспечения устойчивости рубля. Нарастающий вывод капитала западными кредиторами и инвесторами создал условия для беспроигрышной атаки на рубль с целью обвала его курса и возникновения паники. Расчет был сделан на то, что регулятор поднимет ключевую ставку. Следствием этого автоматически стал лавинообразный рост экономических проблем: сжатие кредита, падение инвестиций и производства, банкротства банков, предприятий, рост безработицы и всплеск инфляции, что немедленно повлекло за собой снижение доходов населения и ухудшение социально-политической ситуации.

   Дестабилизация макроэкономической ситуации остановила инвестиционную активность. Обесценение рублевых активов и удорожание валютных пассивов загнали значительную часть коммерческих банков за красную линию достаточности капитала, поставив финансово-банковскую систему на грань коллапса. С целью купирования банковского кризиса государству пришлось выделить 2 трлн руб. за счет сокращения расходов на развитие. Соответствующее сокращение конечного спроса еще более усугубило падение деловой активности и производства.

   Макроэкономические достижения последних 10 лет были подорваны целенаправленной операцией, которая была спланирована, рассчитана и исполнена американскими специалистами с поражением ЦБ когнитивным оружием, руководство которого слепо выполняло рекомендации МВФ. Двукратным обесценением национальной валюты и увеличением кредитной ставки экономика России была ввергнута в стагфляционную ловушку и в турбулентный режим функционирования финансового рынка. Это повлекло за собой глубокое расстройство всей системы воспроизводства и сбило российскую экономику с траектории быстрого и устойчивого роста в рукотворный кризис.

   Финансовую агрессию против России можно было бы отразить, если бы после объявления американо-европейских санкций ЦБ ввел меры банковского и валютного контроля по защите нашей финансовой системы от внешних атак. Вместо этого он фактически выступил их орудием, заранее объявив об отказе от поддержания курса рубля на целевом уровне. Издержки от введения фиксированного курса при его резком и неожиданном для спекулянтов полуторакратном снижении были бы на порядок меньше сегодняшних проблем. ЦБ потратил бы 50 млрд долл. резервов на поддержание объективно обсловленного падением нефтяных цен курса, спекулятивная атака захлебнулась бы, расширение кредита по неизменной ставке быстро обеспечило бы импортозаместительный рост производства и стабилизацию цен, как это было после финансово-бюджетного кризиса 1998 г. Тогда ЦБ последовательно смягчал денежно-кредитную политику, снижая ставку рефинансирования и быстро наращивая денежную базу. За три года этой политики ВВП вырос на четверть, промышленное производство — на треть при ежегодном приросте денежной массы на 40–60%. Вопреки догматике МВФ инфляция при этом упала в 4 раза (табл. 3). Тогда в российской экономике произошло экономическое чудо, эхо которого повторялось еще трижды в периоды смягчения денежно-кредитной политики (рис. 25).


 Рисунок 25. Периоды подъемов (экономическое чудо) и спадов (зона кризисов)
экономической активности в России в зависимости от динамики реальной денежной массы

 Таблица 3. Инфляция при проведении мягкой денежно-кредитной политики в 1999–2001 гг. снижалась,
а экономика России быстро росла

 

   Следует заметить, что кризис 1998 г., так же как и нынешний, был спровоцирован массовым выводом западных капиталов с российского финансового рынка. Тогда предложения МВФ, в точности совпадающие с нынешними действиями ЦБ, были отвергнуты российскими денежными властями. Они ввели ограничения на валютную позицию коммерческих банков и обязательную продажу иностранной валюты, стабилизировав курс рубля и валютно-финансовый рынок. Восстановление экспортных пошлин на вывоз сырьевых товаров стабилизировало федеральный бюджет. Сохранение отрицательной в реальном выражении ставки процента вместе с наращиванием денежной базы обеспечило кредитование импортозамещения и быстрое возобновление экономического роста.

   Вопреки рекомендациям МВФ для России именно такую политику проводят с момента кризиса начала 2008 г. США (рис. 26), так же как и ЕС, добиваясь оживления экономики за счет резкого расширения денежной базы и снижения процентных ставок почти до нуля.


 Рисунок 26. Ставка ФРС и денежная база экономики США во время кризиса

   И наоборот, следование этим рекомендациям Японии втянуло ее быстро поднимавшуюся экономику в затяжную стагнацию (рис. 27). То же самое происходит в настоящее время и с экономикой России, денежные власти которой под давлением Вашингтона действуют во вред себе, в то время как сами США поступают противоположным образом.


 Рисунок 27. Динамика денежной массы (М2) в Японии в разные периоды

   Если кризис 1998 г. был предопределен обвалом пирамиды государственного долга при исчерпании валютных резервов, то нынешний кризис произошел без каких-либо объективных причин. У России одни из лучших в мире показатели долговой нагрузки и достаточности валютных резервов (рис. 28), которые позволяют стабилизировать курс рубля на любом разумном уровне, целесообразном с точки зрения регуляторов.


 Рисунок 28. Объем ЗВР и денежная база валют ряда стран (конец 2014 г., апрель 2015 г.)

   Чрезмерный внешний долг балансируется еще большим объемом валютных активов российских резидентов. Бюджет длительное время сводился с профицитом, который накоплен в значительных по объему резервных фондах. Платежный баланс также сводится со значительным профицитом, в том числе со странами, которые ввели антироссийские санкции.

   Даже если предположить, что санкции будут ужесточены до максимума, российская финансовая система может их компенсировать встречными мерами. Объем валютных активов Российской Федерации, размещенных в юрисдикции стран НАТО, составляет более 1,2 трлн долл., в том числе краткосрочных — около 0,8 трлн долл. Их замораживание может быть частично компенсировано ответными мерами в отношении активов стран НАТО в России, объем которых составляет 1,1 трлн долл., в том числе долгосрочных — более 0,4 трлн долл. Эта угроза может быть полностью исключена путем вывода российским государством своих краткосрочных активов из США и ЕС, что изменило бы сальдо в их сторону.

   Все последнее десятилетие Россия была и остается донором мировой финансовой системы, что объективно делает ее неуязвимой в отношении внешних угроз при условии адекватной защиты валютно-финансового рынка. Снятие этой защиты было необходимым условием эффективности западных санкций. Из этого следует вывод о том, что главной причиной кризиса российской экономики является поражение денежных властей когнитивным оружием — внесением в их сознание заведомо ложных и крайне вредных при реализации воззрений, искажающих логику причинно-следственных связей до противоположной реальности.


ОГЛАВЛЕНИЕ


С.Ю. Глазьев - Доклад
О неотложных мерах по укреплению экономической безопасности России и выводу российской экономики на траекторию опережающего развития